По труднодоступному участку
ползли навстречу друг другу два жука, не
подозревая о неотвратимом столкновении. Так
бывает. Сколько времени они находились в пути,
какие были их помыслы и заветные желания, пока
никто не догадывался. По природе жуки
«индивидуалисты». Они живут скрытной жизнью и не
посвящают соплеменников в свои нехитрые, но
часто коварные мысли и дела, творимые в темноте.
Они не допускают, чтобы кто-то видел и понимал
их настроение.
Следуя географическим понятиям севера и юга,
запада и востока, жуки ползли в разные стороны,
а по своим естественным наклонностям в одну – к
тёплым местам с обильной пищей, безопасным и
надёжно замаскированным. Лакомые места они
унюхали давно. А теперь всё складывалось так,
что они претендовали их занять. Жуки спешили,
проявляя нужную в таких затеях осторожность. Они
и в полслова ни с кем не обмолвились о мучивших
их заветных желаниях. Не стоит упрекать
жесткокрылых за их естественное стремление
устроиться комфортнее своих соплеменников. Рыба
ищет, где глубже, жуки - где больше навоза, но
не подумайте, что на селе.
Движения времени в ореоле обитания жуков никто
не замечал. То ли оно остановилось и стояло на
месте, то ли даже шло в обратную сторону. При
этом хронометры работали без сбоев, и стрелки
поминутно скакали по циферблатам от деления к
делению, от меньшей цифры к цифре большей.
Только хронометрическое время никак не совпадало
и не вязалось с реальным временем бытия. Как это
выходило, не оставалось загадкой. На всё есть
убедительные объяснения. Время жуки не замечали,
лишь потому, что не видели и не хотели видеть
никаких изменений, кроме увеличения навоза,
который сами не производили, но радовались его
появлению. Жуки и жучки до смерти боялись того,
что вдруг что-то изменится, а на приспособление
и адаптацию к новым условиям нужно тратить
энергию, но к такому повороту событий сейчас
жуки были готовы. Особенно боялись они появления
чистоты, как впрочем, и всего иного, что было
для них не по вкусу и нраву. Вот почему заметить
течение времени, если нет никаких изменений,
даже незначительных, невозможно?
Оба жука считали себя благодетелями среды. И
хотели, чтобы к ним относились с благолепием и
подобострастно.
Первый жук двигался в своём направлении с
тяжелым чувством собственного достоинства,
чувством заурядным. И жуку казалось, что это не
чувство, а товарный поезд, нагруженный навозом,
который ему нужно тащить, выбиваясь из сил. Жук
был изумрудно зеленого цвета и назывался –
навозник. Так его окрестили за любовь к
низкосортному навозу.
В «табели о рангах» все жуки имели одинаковый
статус, только вот жук-навозник между жуками
иных мастей считался низшей кастой –
необразованной деревенщиной. Известно, что жуки
иногда ироничны до злости. Что им кандидатский
диплом или два высших образования
жука-навозника?! Своего отношения к навознику
жуки иных видов и расцветок не меняли, каких бы
высот жук-навозник ни достигал.
Второй жук был коричневого, точнее,
грязно-мундирного цвета. По его внешнему облику
нельзя было определить, к какому виду, а тем
более касте, принадлежал коричневый жук. Свое
видовое происхождение он тщательно скрывал,
обычно отшучиваясь от прямых вопросов на
заданную тему, нелепой полушуткой - полуправдой:
«кому нужно знать, знают». Причины плоских шуток
были интеллектуального свойства. Но то, что это
был не майский жук, питающийся молодою листвою,
– это точно. Поговаривали, что это гибрид
мелкого черного скорпиона с жуком-носорогом.
Межвидовые скрещивания никогда не давали
полноценного потомства. Если вы станете
настаивать на мнении, что таких жуков не бывает
в природе, вы будете не правы. Я бы мог
разделить с вами ваше мнение, если бы не был
знаком с таким жуком лично.
Коричневый жук считал себя жуком-элитой,
санитаром природы, не чета там каким-нибудь
жуку-вертячке или жуку-нарывнику. Какие
основания были у него для этого, даже трудно
предположить.
Коричневый жук родился в мундире. Это стало его
первым везением. Вторым «достоинством» являлось
его неравнодушие и зависть к чужим успехам, не
говоря о чужом счастье. Не дай бог, если в
колонии жуков какому-то жуку повезло больше, чем
ему. Такого счастливчика он был готов сгноить,
если счастливчик отказывался поделиться хоть
малой частью своего счастья с ним. Он злился при
виде успехов других жуков и презирал жуков,
которым успехи довались легко и просто. Со дня
своего рождения он никогда не снимал мундира. И
размер его мундира рос вместе с его карьерой. И
ползал, и ел, и спал, и на охоту ходил
коричневый жук в одном и том же мундире. Мундир
от долгого служебного и не служебного
пользования ничуть не пострадал, не обветшал и
не нуждался в ремонте. Мундирчик, что говорить,
оставался чистеньким и опрятным, как новенький,
несмотря на то, что коричневый жук, как бы
невзначай, но довольно часто, залезал во всякую
грязь полакомиться и кормился там, забывая о
своей принадлежности к элите, хотя и не страдал
клиническими провалами памяти. Он был уверен,
что в грязи всегда найдёт что-то материально
выгодное для себя. Не всякий жук полезет в
грязь. Один не полезет, чтобы сохранить свою
честь, опрятность и порядочность, другой - из-за
брезгливости. Коричневый жук не брезговал ничем.
И сказать правду, ему везло. Он как-то удачно
умел выудить из навоза и грязи всегда что-то
нужное для блага жучьей семьи, и при этом умел
не запачкаться и не запачкать мундира. Во всяком
случае, так выглядела внешняя сторона дела. В
солнечном спектре инфракрасное излучение не
видно, если не пользоваться специальными
приборами. На коричневом жуке, если смотреть на
него пристальным взглядом честного прокурора,
грязь была видна, хотя тщательно маскировалась
идеологической шелухой. И всё-таки грязь к жуку
прилипала, да так крепко, что отмыть её не
удавалось даже средствами борьбы с коррупцией.
Итак, жуки ползли навстречу друг другу, не
подозревая о препятствии, которое ожидало их
впереди. Когда расстояние между жуками
сократилось настолько, что они заметили друг
друга, каждый из них обратил внимание на то, что
тропинка, по которой они ползли, была настолько
узкой, что разойтись на ней не было никакой
возможности. Жуки, соприкоснувшись усами,
остановились в злобной задумчивости. Каждый
скрывал своё негодование в связи с неожиданно
возникшим затруднением. Никто из жуков не
обрадовался непредвиденной встрече, и никто не
хотел уступить дороги. Да и сделать это было
затруднительно: узкая тропинка не позволяла им
разойтись привычным, для таких случаев,
способом. Тропинка для жуков была, как цирковой
трос для канатоходцев, не шире. Вы видели, как
расходятся воздушные акробаты по тросу,
натянутому под куполом цирка? Чтобы жукам
продолжить путь в начатом направлении, один жук
должен был переползти через другого жука. Были и
другие варианты. Зеленый жук мог изменить своё
направление и ползти в одну сторону с коричневым
жуком. Или так мог поступить коричневый жук и
ползти следом за зеленым. В жизни жуков поворот
на сто восемьдесят градусов ничего не менял. Но
никто из жуков не хотел отказываться от своего
маршрута безвозмездно. И никто не решался первым
предложить плату за уступку дороги. Жуки стояли
напротив друг друга, всего несколько секунд,
недовольно шевеля усами.
Зеленого жука смущал коричневый мундир
встречного. Чего доброго ссора может закончиться
для него плохо. Он много раз слышал об
исключительной злобности коричневого жука.
Закатает в такую навозную кучу, из которой уже
не выберешься. Зеленый жук всегда боялся жуков в
мундире, но больше всего он боялся коричневого
цвета и сильно испугался и на этот раз, хотя
постарался справиться со своим смертельным
испугом и не подал вида, что испугался. Таким
стойким поведением он ввел в заблуждение
коричневого жука. Коричневый жук тоже струхнул.
Тропинка-то узкая, как обернется дело и на какую
выходку способен зеленый жук, в этой пустынной
местности лучше не рассуждать. Но тоже не подал
вида, что паникует. Зеленому жуку показалось,
что коричневый жук ему криво, но дружелюбно
улыбнулся. На такой тропинке и оскал коричневого
жука лучше принять за улыбку, чем выяснять
отношения, - кто важнее и гаже. Зеленый жук не
хотел никаких выяснений, и без того было видно,
что коричневый жук в подлости его превосходит. И
зеленый жук нашел единственно правильный выход в
такой ситуации, во всяком случае, для себя. Он
предложил коричневому жуку проползти по его
спине и разойтись без отчаянной борьбы и без
всякой платы. Был у жуков и другой способ
перемещаться в пространстве и преодолевать
подобные препятствия. Жук ложился на спину и
отталкивался крыльями от земли, резко расправляя
их, как бы для полета. Но никто из жуков не
знал, где они опустятся после такого кульбита.
Ведь могут снова упасть на спину и на прежнее
место. Или, что ещё хуже, повредить при
приземлении жесткие крылья, или, не дай бог,
повредить перепончатые задние крылья. Раз у
жуков есть крылья, то, казалось бы, они могут и
летать, пусть на короткие расстояния, и нужно
воспользоваться крыльями сейчас и выйти из
затруднения. Но ни жук-навозник, ни коричневый
жук никогда в своей жизни не пытались расправить
крылья для полета или полететь, хоть
куда-нибудь, хоть к ближайшей навозной куче.
Коричневый жук был куда как изобретательней жука
зеленого. На задних, перепончатых крыльях он
записывал компромат на всех знакомых жуков, а
порою и на незнакомых. И компромат был всегда
при нём. Он мог воспользоваться им в любом
выгодном случае. Поэтому он никогда не поднимал
крыльев в чьём-либо присутствии. Для него крылья
были, как двери сейфа, за которыми он надёжно
хранил заархивированный ком- про- мат. Поэтому
коричневому жуку предложение зеленого жука
пришлось по вкусу, так как не ему нужно было
подставлять свою спину под жука-навозника, а
самое главное - раскрывать крылья, если бы
пришлось совершать кульбит или лететь. В то же
время коричневый жук думал, что при любом исходе
встречи отправит во все учреждения компромат на
зеленого жука - всё, что у него есть. Да ещё
добавит от себя, что зеленый цвет у зеленого
жука неестественный. Что по профессиональному
мнению коричневого жука - это не навозный жук, а
колорадский, замаскированный под навозника. Что
зеленый жук собирается съесть всю ботву
картофельных полей и погубить весь будущий
урожай. Что зеленого жука нужно срочно
обезвредить, пока он не совершил своих шпионских
намерений.
Одобрив предложение зеленого жука, коричневый
жук подумал и о том, что может испачкать свои
лапы в чём-то дерьмовом, когда станет
переползать по спине жука-навозника. Мало ли по
какому навозу ползал зеленый жук, прежде чем
вышел на встречную тропинку. Чего доброго ещё
останется навозный запах на мундире. Или, что
могут подумать другие жуки, если увидят его
верхом на жуке-навознике. Что за забава такая?
Сраму не оберешься! Но никакой возможности
разойтись иначе не было, и, испуганно озираясь
по сторонам, он взобрался на спину зеленого жука
со стороны головы, так как и сам стоял к нему
головой и сделал несколько торопливых движений
кривыми тонкими ножками по спине навозника и
также торопливо спрыгнул с зеленого жука со
стороны кормы. Теперь жуки стояли задними
частями тела друг к другу, и каждый мог
беспрепятственно продолжать свою, прежде
выбранную дорогу. Известно, возможности жуков
вертеть головами ограничены, так как они не
имеют длинной шеи. Это не жирафы. И жуки не
могли повернуть головы так, чтобы посмотреть
друг другу в глаза. Им хотелось переброситься
несколькими любезными фразами, может быть, даже
поблагодарить друг друга за взаимную вежливость,
но сделать этого, если бы они даже очень
старались, не могли. И каждый из них, так и не
выразив своих чувств, пополз дальше, к своей
цели – один на место Председателя, другой –
несказанно выше.
Напрасно некоторые думают, что жуки -
примитивные насекомые. Ох, уж нет. Ползут жуки
вроде бы в разные стороны, а посмотришь
внимательно и видишь, что для них нет разницы,
куда ползти. Результат всегда такой, что
оказываются они в одной стае и стоят в очередь
за вожаком в ожидании команды напасть на что-то
поблескивающее и дурно пахнущее, и быстренько
растащить по своим углам всё, что попадётся им в
лапы.
![№5 (17)](button4.jpg) ![На главную](button1.jpg)
|
|