А поутру они проснулись
Третьего марта добропорядочные и законопослушные
смоляне пошли на работу, зная уже в целом
предварительные итоги выборов. Мы сделали свой,
можно сказать, региональный выбор, в центре он
кому-то не нравится, но он наш, его надо
уважать, как все, что делает свободный человек в
демократической стране, коей мы ее считаем или
стремимся такую построить. Но самое интересное
уже было потом, когда избиратели пришли домой и
открыли свои почтовые ящики, в которых лежали
извещения о коммунальных платежах. Все
официальные клятвы и заверения, что цены будут
заморожены на все виды услуг, а цены на продукты
останутся девственными и целомудренными, как и
до судьбоносных выборов, исчезли, как сон, как
утренний туман. Увеличение плат не на рубли, а
на сотни за коммунальные услуги, которые не
только качественно становятся лучше, а преступно
хуже, отрезвили в один миг смолян. Если бы такие
квитки пришли в наши дома до выборов, то лидер
коммунистов Зюганов остался бы не только со
своим постоянным электоратом, но к нему
примкнули бы и тысячи, и десятки тысяч истинных
сторонников президента и его преемника. Провести
такую беззастенчивую и циничную акцию к людям
своего города, к своим же гражданам можно только
в условиях полного безразличия и непонимания
последствий. Так поступают временщики власти, а
не защитники интересов налогоплательщиков.
Удивительно и другое: люди разных возрастов,
профессий и материальных возможностей,
собравшиеся в почтовых отделениях, очередь в
которых могла быть соизмерима с очередью в
мавзолей Ленина советских времен. Пришедшие
рассчитаться за коммунальные услуги стремились
сделать это вовремя, чтобы не остаться в
должниках. Какой замечательный и терпеливый
народ: чем его больше обманывают и обкрадывают,
тем он дисциплинированнее и организованнее в
стремлении не остаться в должниках перед властью
и государством.
Да, люди судачили о том, как их обманули, как
они шли на избирательные участки по скользкому
льду, что творилось на самих участках, как
хотели увидеть лотерею, надеясь выиграть
медицинские приборы, рекламируемые заранее. Люди
рассказывали, как приводили студентов их
кураторы строем, и они под неусыпным оком
старших своих наставников делали свой выбор.
Кто-то пошутил, рассказав библейскую притчу о
том, как Бог привел к Адаму Еву и молвил: «Вот
твоя жена, можешь выбирать!». Рассказывали, что
где-то лотерею организовали, где-то прокуратура
сочла эти розыгрыши нарушением процедуры
проведения голосования. Затем областное радио
стало разъяснять, что все это не имеет никакого
отношения к выборам, а до этого призывали прийти
на участки и увидеть ноу-хау в самом сценарии
избрания президента. Но то, что на избирательных
участках выдавали жетончики о том, что ты
проголосовал, чтобы их затем принести на работу
и показать руководству свое волеизъявление, и
что оно состоялось, это, как говорили классики
юмора Ильф и Петров, «ни пером описать, ни
гонораром оплатить».
Когда 22 февраля, за 10 дней до выборов,
милицейские чины от лейтенанта до майора
разгоняют тружеников своих подсобных участков,
продающих экологически чистый продукт, который
достаточно живо и активно покупается смолянами,
живущими в микрорайоне ул. Николаева (ориентир «Центрум»),
то число активных избирателей, голосующих против
кандидата в президенты от «Единой России»
увеличивается не только на число лиц,
подвергнувшихся удалению, но и на их
родственников, знакомых, соседей.
Психологический бумеранг налицо. Когда
административный ресурс мобилизовывался и
тянулся из последних сил, напоминая репинскую
картину «Бурлаки на Волге», то это не улучшало
уважение к будущему президенту, а наоборот,
ухудшало, и как говорили встарь на Руси, оказало
«медвежью услугу». Радости исполненного долга, в
итоге обернулись не очень приятными процентами,
показателями, да и дальнейшими взаимоотношениями
центра и субъекта федерации.
Путешествие из России
в Смоленск
За последние пять лет мне пришлось побывать по
разным причинам во многих русских городах:
научные конференции и форумы, защита диссертаций
и участие в научных проектах, но столь ужасающей
картины внешнего облика нашего города и дорог в
нем и к нему в сравнении с Рязанью и Тамбовом,
Орлом и Брянском, Курском и Калугой, Псковом и
Тверью, Самарой и Ульяновском, Тулой и Великим
Новгородом мне не приходилось видеть давно.
Смоленские дворы, подъезды к ним напоминают
город Сталинград или Грозный двух чеченских
войн. Сама новая элитная застройка настолько
город изменила, что скоро наш исторический
город, любимый и дорогой, милый и приветливый,
будем лишь по крепостной стене помнить и
узнавать, да и то она станет не фигурой, а фоном
застроек-монстров. Продвигаться по зимнему
Смоленску можно было лишь в позе американских
полицейских или с осторожностью беременных
женщин, когда они каждый свой шаг соотносят с
будущим рождением чада. Если смоляне открыто
говорят, что наш город красив заснеженной зимой
и в буйстве весенних трав, то эта метафора
земляков Глинки и Пржевальского, Твардовского и
Гагарина вполне приемлема и логична. Когда одна
из смоленских газет задала мне вопрос недели,
как я отношусь к уличному освещению, то ответ
был мой таков: «Оно не нужно совсем такому
грязному городу». Когда смоляне-старожилы
говорят, что наш город забыт и брошен, то
разубеждать их в этом очень трудно. Но и мы сами
хороши, когда в своих домах и возле них разводим
не цветы и оранжереи, например, как у соседей-
белорусов из Витебска или Могилева, Мстиславля
или Орши, а безразличны и инертны к
благоустройству своих дворов, лестничных
площадок и рекреаций в доме. Кто виноват в этом
- губернатор, мэр, главы администраций, может,
сам президент или его преемник, Буш или
Аль-Каида, косовские албанцы или чеченские
бандформирования? Когда едет новый русский на
джипе или на другой навороченной иномарке или
наш юноша, не обдумывающий, с кого делать жизнь
свою, на машине, купленной на папино «бабло»,
выбрасывает окурки, стеклотару, пластик под ноги
прохожим, на улицы и тротуары, то который раз
хочется задать вопрос: кто виноват в нашем
скотском отношении к социальному быту?! Самое
удивительное другое, что в этих авто с
родителями едут их дети, которые учатся
смотреть, как можно вести себя, если у тебя
такие права. Как говорят французы, побывавшие в
Смоленске, у нас, где пье, там и блюе…
Когда детская рука превращает стены домов,
памятники в грязное панно-граффити, когда все
городское пространство заклеено рекламными
бумажками, предложениями и обещаниями улучшить
жизнь, здоровье, то снова возвращаешься к мысли
старожилов города, что контроля над этим
безобразием нет. Когда на стене музея «Русская
старина», что со стороны ул. Тенишевой, напротив
«Красного Креста», весит мемориальная доска,
которая ранее указывала, что эта улица М.И.
Исаковского, а сегодня, забрызганная грязью,
напоминает серое безликое пятно, то можно сколь
угодно клясться в юбилейные дни о любви к поэту,
когда в будни - забвение. Когда в больницах
города в отремонтированных по европейскому
стандарту туалетах выломаны краны, обезображены
двери, а в приведенных в надлежащий
гигиенический и лечебный формат палатах сломаны
дверные ручки, испачканы двери, сорваны с петель
дверцы от тумбочек, то который раз вспоминаешь
наш бытовой вандализм и ужасаешься его
живучестью. Да к каждому больному милиционера не
приставишь, как и не уследишь за каждым
прохожим, что он бросает на улице или оставляет
после себя. А надо ли это – следить за каждым,
когда каждый из нас может помочь городу снова
стать чистым и светлым Смоленском. Мои
современники, ученики 22 средней школы, могут
гордиться тем, что в 50-60 г.г. прошлого
столетия посадили аллею деревьев на Витебском
шоссе. Неужели в моральный или
нравственно-этический убыток будет нашим
первоклассникам или выпускникам школ, когда они
после себя оставят такие аллеи? Пока мы видим
все наоборот: аллеи вырубаются, строятся
дома-монстры, офисы и конторы, различные
холдинги и кампании на их местах.
Леонид Мартынов, интересный русский поэт,
спрашивал еще в 1957 г.:
Скажи:
Какой ты след оставишь?
След,
Чтобы вытерли паркет
И посмотрели косо вслед,
Или
Незримый прочный след
В чужой душе на много лет?
Это вопрос не только к нашей областной или
городской власти, это и вопрос к каждому из нас,
прежде всего.
Заголовок моих психологических раздумий взят из
известных апорий Зенона. Догонит ли известный
греческий герой и прославленный бегун Ахилл
тихоходную черепаху? Не будем вдаваться в
математические рассуждения о беспрерывности
предела геометрической прогрессии, попробуем
решить другую социальную дилемму нашего бытия:
сможет ли повышение зарплаты когда-нибудь
догнать рост цен на продукты и жилье, лекарства
и транспорт, одежду и социальные услуги? Нет!
Очень часто из уст наших руководителей звучат
призывы к быстрейшему созданию гражданского
общества. Да, гражданское общество - это очень
хорошее человеческое социальное образование. Но
если подумать и честно ответить, то нашей власти
оно совсем не нужно, ибо его функционирование
приведет к гибели этих властных структур. В
истинном гражданском обществе избирателей по
ранжиру не построят, коммунальные услуги из
месяца в месяц самовольно и самочинно повышать
не будут, цены не станут галопировать, как в
венском вальсе Штрауса или «На сопках
Манчжурии». Если плохо будет учителям, за них
заступятся шахтеры, станет лихо им, их права
поддержат медики и другие профессиональные
объединения, общественные структуры. В
гражданском обществе найдут общественную, а
затем и уголовную управу на человека, рвущегося
в кандидаты, но ведущего себя как скандалист и
дебошир, орущего на всю Россию, что Америка наш
враг номер один. В гражданском обществе не
позволят человеку публично говорить, что он
расстреляет своего оппонента. В гражданском
обществе не позволят никому нарушать конституцию
и общественный порядок, каков бы твой сан, чин
или имидж ни был, какую бы ты социальную роль ни
выполнял. Наследный принц, внук королевы
Елизаветы, смог служить Ее Величеству не в
генштабе, а на передовой, в самой горячей точке
мира - в Афганистане. Проводил ли кто у нас в
нашей постперестроечной России опрос, делалась
ли статистическая аналитическая работа, кто же
служит в нашей российской армии, чьи там дети
берегут покой и честь Отчизны, кого же будут
защищать дети рабочих и крестьян, учителей и
других социальных низов в минуту опасности для
всей страны? В гражданском обществе новой власти
не позволят ухудшить положение
налогоплательщика, гражданина. Когда закрываются
почтовые отделения, а людям надо идти за
тридевять земель получать пенсии или оплачивать
различные коммунальные услуги, выстаивать часами
в очередях, когда встраивают в площадки между
домами новое здание, а жителям приходится идти в
магазины и другие учреждения окольными путями,
позвонить по междугороднему телефону или купить
карту Телекома только на главпочтамте, то сказы
о любимом городе становятся уже мифами.
Вот, почему взят и такой заголовок. Догонит ли
Ахилл гражданского общества черепаху рутины и
установки жить не по закону, а по понятиям?
Ледяной дворец, построенный возле намоленного -
самой церковью места, как спортивное сооружение
можно приветствовать, но разрушение детских
дворовых площадок, забывание о них вызывает
грусть. Отсутствие в нашем городе качественного
и надежного рынка труда ужасает. Во всех
городах, которые названы были выше, как и в
большинстве субъектов Российской Федерации при
губернаторах, их администрации, городских
управленческих структурах созданы
психологические службы, помогающие и
способствующие разумно и содержательно
сопровождать их практическую деятельность. За
две недели до выборов президента супруга
В.В.Путина организовала в Президент-отеле
встречу российских психологов с представителями
бизнеса и финансов, экономистами и управленцами,
топ-менеджерами. Всеми было подчеркнуто, что
встреча была эффективной и необходимой для
будущего социального развития России. В
большинстве регионов страны такие службы
эффективны и продуктивны, что видно по
экономическим и социальным показателям этих
субъектов федерации, особенно наших соседей
(Брянск, Орел, Калуга, Тверь). Опережающая и
предвосхищающая оперативная
социально-психологическая информация,
представленная администрации, характеризующая ее
вектор и характер деятельности, позволяют отсечь
нежелательные последствия многих
скоропалительных планов и спонтанных,
малопродуманных, порой поспешных решений,
эмоциональных действий, снять ненужное
психическое напряжение бедствующих людей,
образуемое под тяжестью социального быта,
неустроенности, трудного экономического бремени,
свести к минимуму тревожность и нейротизм
достаточно обеспеченных личностей. Это всего
малая толика того, что может сделать
профессиональная, постоянно действующая
психологическая служба.
Мы часто киваем на кого-то, что вот он виноват,
или сама такая ситуация, а спросить с себя,
ответить за себя, исправить себя, посмотреть
именно на свои огрехи, промахи, на свои
асоциальные и анормативные действия, сложно,
неприятно, больно, но крайне важно. Владимир
Корнилов психологически точно, социально
грамотно, граждански страстно именно это и
выразил:
Считали: все дело в строе,
И переменили строй,
И стали беднее втрое,
И злее само собой.
Считали: все дело в цели
И хоть изменили цель,
Она как была доселе,-
За тридевять земель.
Считали: все дело в средствах,
Когда же дошли до средств
Прибавилось повсеместно
Мошенничества и зверств.
Меняли шило на мыло
И собственность на права,
А необходимо было –
Себя поменять сперва.
![№3 (15)](button4.jpg) ![На главную](button1.jpg)
|
|